История, ставшая сенсацией в российском медиапространстве, началась в 2016 году, когда в популярной телепрограмме «Битва экстрасенсов» была поставлена задача найти пятилетнего мальчика, пропавшего без вести более двух лет. Главными героями стали мать‑молодая Александра Низамутдинова (в передаче называлась Саша) и её бывший супруг Андрей Веретильный. В статье мы разберём, как развивались события, какую роль сыграли экстрасенсы, судебные органы и общественное мнение, а также какие выводы можно сделать из этой драматичной семейной истории.
Содержание
- Предыстория: отношения и первые конфликты
- Исчезновение ребёнка
- «Битва экстрасенсов»: как появился запрос
- Поиск Ярослава: роль экстрасенсов и полиции
- Возврат ребёнка в Якутск
- Судебные решения и правовой аспект
- Психологические последствия для ребёнка и родителей
- Медиа‑поле: как освещали случай
Предыстория: отношения и первые конфликты
Александра (Саша) и Андрей познакомились в Якутске, когда ей было 17 лет, а ему уже 33. Разница в возрасте не помешала им создать семью и родить первого сына — Ярослава (в дальнейшем Ярик). По словам отца, уже через несколько месяцев после рождения ребёнка в семье возникли трудности: Саша часто «выходила погулять», а Андрей, будучи предпринимателем и водителем автобуса, стал часто «пить», что привело к обострению конфликтов.
- Саша работала кондуктором, Аркадий — водителем автобуса.
- В 2011 году Андрей ударил тёщу, после чего уехал в Санкт‑Петербург, взяв с собой сына.
- Мать заявила, что «он стал пить после рождения ребёнка» и «угрожал отомстить», когда она уходила из дома.
Эти детали стали базой для дальнейшего публичного обсуждения, так как обе стороны предоставляли противоречивые версии происходящего.
Исчезновение ребёнка
По версии Александры, в июле 2011 года её бывший муж украл Ярослава, увёз в неизвестном направлении и перестал поддерживать связь с матерью. По её словам, Андрей «уехал в Петербург, взяв сына, и не давал возможности увидеться».
Сама Саша заявила, что подавала заявления в полицию, но официальных результатов поиска не последовало. За два года она «искала по всей России», посещала судебные заседания, но без ощутимого результата.
«Битва экстрасенсов»: как появился запрос
В ноябре 2015 года Александра обратилась в популярную телепрограмму «Битва экстрасенсов», где участники‑ясновидящие получают задания от зрителей. Она попросила «определить местонахождение» своего «похищенного» сына.
В эфире один из экстрасенсов назвал Санкт‑Петербург как вероятное место нахождения ребёнка. Это предположение стало отправной точкой для реального расследования.
Поиск Ярослава: роль экстрасенсов и полиции
После выхода эпизода в сети начали появляться сообщения о том, что «экстрасенсы помогли найти мальчика». Однако реальный поиск осуществляли:
- Судебные приставы Санкт‑Петербурга, получившие постановление Якутского суда о возвращении ребёнка матери;
- Полиция, однако её действия не привели к непосредственному обнаружению ребёнка до вмешательства приставов;
- Медийные расследования и общественное давление, которое ускорило процесс.
10 декабря 2016 года приставы в Петербурге вошли в квартиру Андрея, где находились Ярослав, его новая жена Ольга Мартынова и их общий ребёнок. Приставы «забрали ребёнка и передали его матери», как отмечает пресс‑служба уполномоченного по правам ребёнка в Петербурге;
Возврат ребёнка в Якутск
После изъятия ребенок был доставлен в Якутск. По словам Саши, мальчик «кричал: «Мамочка, догоняй!», демонстрируя сильную привязанность к матери, несмотря на двухлетний разрыв.
Новая жена Андрея Ольга описала ситуацию как «шокирующую»: «Он (Ярик) кричал мне: «Мамочка, не отдавай меня! Догоняй!» – со слезами рассказывает она.
Судебные решения и правовой аспект
Ключевой документ — постановление суда Якутии от 20 июня 2011 года, согласно которому ребёнок должен жить с матерью. В постановление включена психологическая экспертиза, в которой ребёнок выразил желание проживать с мамой.
После возврата приставами было подтверждено соблюдение законных требований:
- Судебные приставы действовали на основании решения суда;
- Отец получил возможность подать в суд ходатайство о порядке общения с ребёнком;
- Мать может требовать дальнейшего соблюдения её родительских прав.
Андрей Веретильный в дальнейшем привлек адвокатов и планирует обжаловать решение, добиваясь совместного проживания или, как минимум, регулярных контактов.
Психологические последствия для ребёнка и родителей
Разделение семьи, перемещение ребёнка между регионами и постоянный публичный резонанс оставили отпечаток на психике всех участников.
- Для Ярослава (Ярика):
- Травма от «похищения» и длительного отсутствия матери;
- Необходимость адаптации к новой семье в Петербурге и последующему возвращению в Якутск;
- Риск формирования привязанностных расстройств без профессиональной поддержки.
- Для Саши (Александры):
- Эмоциональное истощение от многолетних поисков;
- Публичный прессинг и обвинения в манипуляции СМИ;
- Необходимость восстановления доверия к официальным органам.
- Для Андрея Веретильного:
- Обвинения в насилии и похищении;
- Публичный конфликт с бывшей супругой и её семьёй;
- Риск репутационных потерь и юридических санкций.
Эксперты советуют в подобных случаях задействовать детского психолога уже на этапе судебных разбирательств, чтобы минимизировать травматический эффект.
Медиа‑поле: как освещали случай
Событие получило широкий отклик в российских СМИ:
- «КП» (Калининград), подробный репортаж с интервью обеих сторон.
- «ВКонтакте» (сообщения от Ольги Мартыновой и Андрея Веретильного) — открытые дискуссии, где обе стороны обвиняли друг друга в «шоу‑мании» и «покушении на репутацию».
- Телеканал «НВпресс», статья «Ярослав кричал мне: «Мамочка, догоняй! Скорее!», где подчеркивается, что экстрасенсы лишь «направили» внимание к Петербургу, а реальное действие выполнили органы.
Мнения общественности разделились: часть зрителей поддержала мать, считая её «героиней», другая часть — скептически отнеслась к роли экстрасенсов, назвав их «медиапровокацией».
Событие «мальчик Ярик из «Битвы экстрасенсов»» демонстрирует, как личные семейные конфликты могут выйти на национальный уровень, если в игру вступают медиа и публичные проекты. Ключевые выводы:
- Юридический путь важнее шоу‑проектов. Судебные решения и исполнительные документы гарантируют законность действий, а не предсказания экстрасенсов.
- Психологическая поддержка обязательна. Для ребёнка, оказавшегося в конфликте, и для родителей, переживших травму, необходимы квалифицированные специалисты.
- Прозрачность действий органов. Полиция и судебные приставы должны информировать обе стороны о своих шагах, чтобы избежать подозрений в «политических» манипуляциях.
- Ответственное медиа‑влияние. Журналисты и телепрограммы обязаны проверять факты и не поддавать публику эмоциональному шоку без должного контекста.
- Семейные договорённости. При разводе и разделении опеки следует заранее регламентировать порядок общения ребёнка с каждым из родителей, чтобы избежать длительных конфликтов.
История Ярослава (Ярика) остаётся открытой: пока отец пытается добиться совместного проживания, мать стремится закрепить своё право на единоличную опеку. В центре всех этих процессов, интересы ребёнка, которые должны оставаться приоритетом.
Дата публикации: 27 апреля 2026 г.