Мамадышский район Татарстана славится не только своими безмятежными пейзажами, но и людьми, которых сама природа наградила необычными способностями. Сегодня мы расскажем о двух женщинах, которых называют «чудо-бабушками», — народных целительницах и ясновидящих, к которым едут со всей России и даже из-за рубежа.
Деревня Нурма: «не называйте моего имени…»
Ещё в советские годы жители деревень Нурма и Малые Кирмени шли к Гамбар апе Мугтасимовой. Она лечила вывихи, опущение желудка, мозоли и боль в пояснице, не требуя ни денег, ни славы. После её ухода дар, по словам односельчан, «перешёл» к другой женщине, которую с уважением именуют просто «бабушка-знахарка».
- За 13–14 лет к ней начали приезжать жители всего Татарстана.
- Координаты не афишируются: сама целительница просит «не называть её имени» и советует «лучше описывать красоту нашего родного края».
- В селе уверены: она не ошибается, когда называет диагноз и советует, к какому врачу идти, если сама не в силах помочь.
Истории, которые ходят из уст в уста
-
Бездетная женщина из ишкеевского края после сеанса через два года приехала благодарить целительницу за «подаренную радость материнства».
-
Пропавший паспорт в Нижнекамске. Целительница без промедления указала, что документ «запрятан в доме вместе с деньгами». Через два дня паспорт нашёлся за задней стенкой шкафа.
-
Девочка Кояш потела по ночам. После советов бабушки и смены имени мать рассказывала, что из дома «вышло солнце», а ребёнок стал спать спокойно.
Люди приезжают и с детьми-вывихами, и с болями в пояснице. Выходные превращаются в маленький паломнический фестиваль: дорога к дому «чудо-бабушки» забита машинами, а очередь растянута до самых ворот.
Село Нижний Таканыш: Зульфира апа Губайдуллина
Ещё одна ясновидящая — Зульфира апа Губайдуллина. Уже 13,5 тыс. подписчиков в её группе «ВКонтакте», а к домику в Нижнем Таканыше стоят машины с европейскими, сибирскими и кавказскими номерами.
Правила, которые написаны жёстко, но справедливо
- Думать не о проблеме, а о её исходе.
- Пропускать беременных, матерей с детьми и пожилых.
- Не толкаться, а ждать своей очереди — по 30 человек за сеанс.
Что почувствовала журналистка «Челнинских известий»
Корреспондентка приехала в 7:30, а очередь уже тянулась по улице. Вместо обещанных 8:00 приём начался только в 9:30, столько было желающих.
- Целительница читает молитвы на арабском и татарском, «считывает» энергетику, проводя руками по голове и плечам.
- Персональные пиктограммы пишет на стикерах, подписывая каждому «свой знак».
- Во время сеанса освящает воду, ключи от машин, соль и даже шампунь.
- Разговаривает на татарском; русскоязычные ставят диктофоны, чтобы потом перевести.
Когда журналистке с водителем пришла очередь, она отступила: «…послушала несколько историй и больше не хотелось, потому что тяжело, сильно гнетёт». Тем не менее, большинство уезжает облегчёнными, а отзывы через соцсети разлетаются через час.
Почему люди верят?
Две женщины, два села, один и тот же дар, который они сами называют «от Всевышнего».
- Гамбар апа и ее преемница в Нурме не берут денег и не дают пустых обещаний.
- Зульфира апа в Таканыше работает по записи, но приём всё равно остаётся «народным».
- Обе не навязывают диагнозы, а подсказывают, к какому врачу стоит идти, если случай «не их».
И самое главное — люди возвращаются. И не потому, что им «внушили», а потому что в Мамадыше действительно остаётся то самое тепло, которое нельзя измерить приборами, но можно ощутить сердцем.
Как попасть на приём: краткая памятка
| Целительница | Где находится | Как записаться | Важно |
|---|---|---|---|
| «Бабушка-знахарка» (имя не называет) | д. Нурма, Мамадышский р-н | Только сарафанное радио: спрашивайте у односельчан, в магазинах, на автостанции | Нет точного адреса, не любит публичности, помогает бесплатно |
| Зульфира апа Губайдуллина | с. Нижний Таканыш, Мамадышский р-н | Выходные дни — час ожидания, приезжайте заранее |
Главное правило обеих целительниц: приезжайте с верой, но не забывайте о врачах. «Свыше — помощь, рядом — медицина» — так говорят люди в Мамадыше. И, кажется, именно поэтому их деревни будут жить ещё долго, а истории о «чудо-бабушках» переписывать ещё не одно поколение журналистов.